Петсамо-Киркенесская
наступательная
операция
(07.10–29.10.1944)











 

 

 

Успешное проведение советскими войсками Выборгско-Петрозаводской стратегической наступательной операции вынудило Финляндию выйти из войны. К осени 1944 года войска Карельского фронта в основном вышли на довоенную границу с Финляндией, за исключением Крайнего Севера, где гитлеровцы продолжали занимать часть советской и финской территорий. Германия стремилась удержать за собой этот район Заполярья, являвшийся важным источником стратегического сырья (медь, никель, молибден) и имеющий незамерзающие морские порты, в которых базировались силы германского флота. В районе Лапландского «гранитного вала», в труднопроходимой горно-лесистой местности со множеством скал, рек, озер и болот за три года была создана сильная оборона, состоявшая из трех полос глубиной до 150 км. На фронте длиной около 100 км тянулись надолбы и противотанковые рвы, густые минные поля и проволочные заграждения. Они перехватывали все горные перевалы, лощины и дороги, а господствовавшие над местностью высоты представляли собой настоящие горные крепости.

Командующий войсками Карельского фронта генерал армии К. А. Мерецков писал: «Под ногами тундра, сырая и какая-то неуютная, снизу веет безжизненностью: там, в глубине, начинается лежащая островками вечная мерзлота, а ведь солдатам приходится спать на этой земле, подстилая под себя лишь одну полу шинели… Порой земля вздымается голыми громадами гранитных скал… Тем не менее нужно было воевать. И не просто воевать, а наступать, бить врага, гнать его и уничтожить. Пришлось вспомнить слова великого Суворова: "Где прошел олень – там пройдет и русский солдат, а где не пройдет олень – там все равно пройдет русский солдат"».

В Петсамо-Киркенесской стратегической операции войскам 14-й армии Карельского фронта предстояло нанести удар в направлении на Луостари и Петсамо (Печенгу), освободить эти города, разгромить в Заполярье основные силы немецкого 19-го горнострелкового корпуса и в дальнейшем наступать на Киркенес в Северной Норвегии. Северный флот должен был содействовать 14-й армии высадкой морских десантов на побережье; кораблям также ставилась задача блокировать порты Петсамо и Киркенес и воспрепятствовать противнику эвакуировать свои войска морем. Планировалась активизация действий подводных лодок. С воздуха наши войска поддерживали 7-я воздушная армия и авиация Северного флота.

По решению командующего 14-й армией генерал-лейтенанта В. И. Щербакова для прорыва обороны противника главные силы армии сосредоточивались южнее озера Чапр. Здесь размещались войска 131-го и 99-го стрелковых корпусов. На правом фланге армии вспомогательный удар наносили специально созданная оперативная группа и две бригады морской пехоты. На левом фланге 126-му легкому стрелковому корпусу предстояло двигаться по бездорожью в тундре в обход обороны противника с целью перерезать дорогу Пильгуярви – Луостари. Второй эшелон 14-й армии составляли 31-й и 127-й легкий стрелковые корпуса.

Командующий Северным флотом адмирал А. Г. Головко писал о тех днях: «Мы готовимся к боевым действиям по обоим вариантам: к разгрому лапландской группировки при всех ее попытках удержать позиции в Заполярье и к разгрому ее при всех попытках эвакуироваться морем. В любом случае будем бить. … Ибо такого наступления, какое мы готовим, гитлеровцы не ожидают. Это должна быть одна из крупных наступательных операций, запланированных Ставкой Верховного Главнокомандования».

Всему личному составу было выдано зимнее обмундирование, каждая стрелковая дивизия получила 1–1,5 тыс. белых маскировочных халатов. Была проделана большая работа по оборудованию исходного района для наступления. При проведении инженерных работ в скалистом грунте часто приходилось действовать не лопатой, а ломом и киркой. Чтобы скрыть от противника подготовку к наступлению, все работы велись ночами. Тщательно изучались особенности оборонительных линий противника, намечались способы их прорыва. Так, было установлено, что противотанковая оборона врага почти на всем ее протяжении построена с учетом поражения легких и средних танков, поэтому командование Карельского фронта склонилось к тому, чтобы применить в наступлении тяжелые танки «КВ». Это решение было одобрено Ставкой, и фронт получил полк тяжелых танков. Для преодоления водных преград, особенно многочисленных фиордов, тянущихся от побережья, фронту были выделены два батальона плавающих автомашин.

И вот утро 7 октября. Перед готовыми к наступлению войсками лежала на первый взгляд спокойная, безмятежная тундра, накрапывал холодный дождь. «Стояла полная тишина, – вспоминал К. А. Мерецков. – Стрелка приближалась к 8.00. И тут раздался мощный грохот, переросший в сплошной гул. Началась артиллерийская подготовка атаки». Она продолжалась 2 часа 35 минут. Около 100 тыс. снарядов и мин обрушились на укрепления врага, его позиции были окутаны черным дымом.

Под прикрытием огня перешли в наступление войска ударной группировки 14-й армии. На правом фланге участка прорыва в оборону противника вклинились 10-я гвардейская и 14-я стрелковые дивизии. В одной из атак на подразделения третьего батальона 28-го гвардейского стрелкового полка 10-й гвардейской стрелковой дивизии обрушился шквал пулеметного огня из вражеского дота и прижал наступавших к земле. Каждая минута промедления грозила большими потерями. В порыве самоотверженности снайпер восьмой стрелковой роты ефрейтор М. Л. Ивченко подполз к вражескому доту, рванулся вперед и грудью навалился на амбразуру. Пулемет захлебнулся. Левченко первому из воинов 14-й армии в октябрьском наступлении было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

Такого же звания был удостоен командир артдивизиона майор И. П. Зимаков. Действуя в полосе наступления 10-й гвардейской стрелковой дивизии, его дивизион подавил огонь пяти артиллерийских и минометных батарей противника. При отражении одной из контратак гитлеровцев Зимаков вызвал огонь на себя. Все это обеспечило продвижение наших войск и выполнение боевой задачи.

Враг упорно сопротивлялся. Из «лисьих нор», вырытых на горе Малый Кариквайвишь, гитлеровцев выкуривали дымовыми шашками. Гранитные сооружения подрывали толом. На гребне вершины горы атакующие подразделения были встречены сильным огнем артиллерии врага, и тогда на помощь пехоте двинулись танки 73-го гвардейского танкового полка. Ворвавшись на позиции противника, они огнем и гусеницами уничтожили его орудия. Захваченный в плен гитлеровец на допросе говорил: «Я услышал грохот, посмотрел: два русских танка двигаются севернее высоты, куда мы и пешком не ходили. Потом появилась ваша пехота, и мы сдались в плен».

К 15 часам дивизии 131-го стрелкового корпуса прорвали главную полосу обороны врага и устремились к реке Титовке, где проходила его вторая полоса обороны. Орудия сопровождения и снаряды из-за бездорожья переносили на руках. Во время атаки бойцы 28-го гвардейского стрелкового полка из-за сильного огня были вынуждены залечь у берега Титовки. И тогда рядовой С. Козырев первым бросился в ледяную реку, за ним последовали другие. Воины полка по грудь в воде с ходу преодолели водную преграду. С утра 8 октября 131-й стрелковый корпус продолжил бои за расширение захваченного плацдарма.

По-иному сложилась обстановка в полосе 99-го стрелкового корпуса, где наступали 65-я и 114-я стрелковые дивизии. Здесь противник, используя мощные укрепления на горе Большой Кариквайвишь и на соседних высотах, 7 октября смог устоять. Комкор генерал-майор С. П. Микульский принял решение: раз не удалось сломить противника днем, это надо сделать ночью. Ровно в полночь солдаты рванулись вперед. Атака Большого Кариквайвиша велась одновременно с нескольких направлений, и в 6 часов утра главный узел сопротивления был взят. Были преодолены и другие опорные пункты главной полосы обороны. Части корпуса устремились к Титовке и в тот же день форсировали ее.

Вечером 9 октября К. А. Мерецков по прямому проводу связался с адмиралом А. Г. Головко и передал ему, что пришла пора для наступления у побережья Баренцева моря с полуострова Среднего. К этому времени морской десант был готов к броску через губу Малая Волоковая для высадки на побережье. 11 больших и 8 малых кораблей-охотников, 12 торпедных катеров приняли на борт 3 тыс. десантников 63-й бригады морской пехоты и в ночь на 10 октября тремя отрядами вышли в море. Под обстрелом береговых батарей противника, прикрываемые дымовыми завесами и огнем наших батарей, они к часу ночи десантировали 63-ю бригаду морской пехоты. В районе высадки не было ни одной песчаной отмели, ни одной ровной и низкой полоски земли, тем не менее десантная операция прошла успешно. При этом бригада потеряла всего 6 человек. Морские пехотинцы немедленно перешли в наступление и к 10 часам 10 октября вышли во фланг и тыл обороны противника на хребте Муста-Тунтури.

Ранним утром того же дня с перешейка полуострова Средний, несмотря на сильную пургу, двинулась в наступление и 12-я бригада морской пехоты. Натиск морских пехотинцев ничто не могло остановить: ни отчаянное сопротивление врага, ни отвесные скалы Муста-Тунтури. При штурме этого хребта многие воины проявили самоотверженность и героизм. Сильный ветер с густым снегом слепил глаза, заметал проходы в проволочных заграждениях, сделанные саперами. На одном из направлений бойцы 12-й бригады, попав под сильный огонь врага, залегли у проволочных заграждений. Тогда сержант Л. Мустейкис поднялся во весь рост и, держа в руках противотанковую гранату, с возгласом «За Родину!» ринулся вперед к проволоке. Воин погиб, но его мужество увлекло остальных. Сломив яростное сопротивление противника, подразделения 12-й бригады к 12 часам преодолели горный хребет Муста-Тунтури и соединились с частями 63-й бригады, атаковавшими фашистов с тыла. К исходу второго дня моряки перерезали дорогу Титовка – Пороваара. В дальнейшем обе бригады соединились с частями оперативной группы генерал-лейтенанта Б. А. Пигаревича и продолжали теснить гитлеровцев на запад.

На левом фланге фронта 126-й легкий стрелковый корпус полковника В. Н. Соловьева проводил обходной маневр. Здесь противник, надеясь на болотисто-речную местность, лишенную не только дорог, но и троп, имел лишь очаговую оборону. Тяжело пришлось при форсировании водных преград. Поднимая над собой оружие и боеприпасы, бойцы двигались в ледяной воде. На подходе к сопке Куорпукас солдаты, как альпинисты, карабкались по скользким гранитным скалам. На четвертый день тяжелейшего похода 126-й корпус достиг дороги Петсамо – Салмиярви и западнее Луостари перерезал ее. Воины корпуса не пропустили по ней немецкую 163-ю пехотную дивизию, спешившую на помощь гарнизону Луостари. Например, 31-й лыжный бригаде полковника С. П. Лысенко и 72-й морской стрелковой бригаде полковника И. П. Амвросова каждые сутки приходилось отражать по 6–10 контратак превосходящих сил противника.

Действия 126-го легкого стрелкового корпуса облегчили наступление войск 14-й армии на главном направлении. 12 октября части 99-го и 127-го легкого стрелковых корпусов овладели важным узлом дорог городом Луостари. После этого создались благоприятные условия для расширения фронта прорыва, стремительного наступления в глубину и освобождения Петсамо. Следует подробнее сказать об этом городе и порте. Еще в 1533 году в устье реки Печенги был основан русский монастырь. Вскоре здесь, в основании широкой и удобной для мореходов губы Баренцева моря, был устроен порт. Через Печенгу шла оживленная торговля с Норвегией, Голландией, Англией и другими западными странами. В 1920 году по мирному договору от 14 октября Советская Россия добровольно уступила Печенгскую область Финляндии. И вот теперь предстояло освободить город от гитлеровских захватчиков, вернуть ему исконное имя.

Для овладения городом командующий 14-й армией создал крупную группировку. 131-й стрелковый корпус наносил удар по Петсамо с востока, 99-й стрелковый корпус наступал с юга, 126-й легкий стрелковый корпус имел задачу перерезать дорогу Петсамо – Тарнет. Вскоре начались ожесточенные бои. Гитлеровцы во что бы то ни стало пытались сохранить за собой Петсамо и порт Лиинахамари как базы снабжения и эвакуации своих частей. Особенно ожесточенные бои пришлось вести воинам 72-й морской стрелковой бригады 126-го легкого стрелкового корпуса, которые 13 октября перерезали дорогу Петсамо – Тарнет. Успешно наступали части оперативной группы Б. А. Пигаревича, выполнившие свою боевую задачу по обеспечению правого фланга ударной группировки. Наступление поддерживала авиация, наносившая удары по узлам сопротивления противника и его отходящим войскам.

Для ускорения освобождения Петсамо вечером 12 октября был высажен морской десант в Лиинахамари. Как и Петсамо, Лиинахамари – древний русский порт в незамерзающих водах Крайнего Севера. Молодым офицером приходил сюда на парусном судне будущий флотоводец Ф. Ф. Ушаков. В 1899 году в Печенгском заливе побывал под флагом С. О. Макарова знаменитый ледокол «Ермак». Печенгский залив, ведущий к Лиинахамари, расположен между высокими скалистыми берегами. Гитлеровцы разместили на них сильные огневые позиции, вследствие чего залив стал «коридором смерти». Кроме мощных батарей на мысах Девкин и Крестовый, Лиинахамарский укрепленный район располагал 42 орудиями, 6 минометами и 40 пулеметами.

Десант в Лиинахамари в составе 600 человек возглавил майор И. А. Тимофеев, а первым броском и всем первым эшелоном атаки было поручено руководить командиру роты автоматчиков старшему лейтенанту Б. Ф. Петербургскому. Североморцы действовали быстро и решительно. Катера и малые охотники с десантом прошли в тыл врага через «коридор смерти» – Петсамский залив. Их успеху во многом способствовали умелые и смелые действия командира группы торпедных катеров Героя Советского Союза капитан-лейтенанта А. О. Шабалина. Хорошо зная путь в Лиинахамари, каждую излучину залива, каждую приметную скалу на берегу, он первым провел свой катер с 25 десантниками в гавань, проложив путь остальным катерам и охотникам.

Стремительная высадка морских пехотинцев на причалах Лиинахамари ошеломила противника. Но, опомнившись, гитлеровцы повели огонь по десантникам из многочисленных огневых точек, разбросанных по всему побережью. Особенно жаркая схватка развернулась за Девкин мыс, имевший круговую оборону и мощную 210-мм батарею. Атаки в едком дыму под грохот взрывов, стремительные броски и штурмы огневых точек, отражение контратак слились в единую цепь боевых усилий и героических подвигов. Под руководством майора Тимофеева десантники метр за метром очищали порт. Большую помощь им оказывала авиация Северного флота. «Авиация пришла на помощь немедленно, – доносил командующему флотом Тимофеев, – она действует у меня, все сопки в огне и дыму… сердце радуется». 13 октября Лиинахамари был освобожден.

К этому времени войска 14-й армии и части Северного флота охватили Петсамо с востока, юго-востока и севера. Нужен был завершающий мощный удар по этому крупному узлу вражеской обороны в Заполярье. В этих целях по решению командующего армией В. И. Щербакова в полосу 99-го стрелкового корпуса была перемещена 7-я отдельная гвардейская танковая бригада. В ночь на 14 октября после массированного артиллерийского налета начался штурм города со всех сторон. В бою за Петсамо отличились воины 10-й гвардейской стрелковой дивизии, 7-й отдельной гвардейской танковой бригады, 339-го танко-самоходного артиллерийского полка, 20-го гвардейского истребительного авиационного полка.

Так, на подступах к городу командир танка 7-й отдельной гвардейской танковой бригады младший лейтенант А. М. Асриян огнем из танка уничтожил 40 автомашин противника с пехотой и боеприпасами, противотанковую батарею, подавил 12 огневых точек и вместе с подоспевшими экипажами других танков захватил в плен группу гитлеровцев. Асриян первым ворвался на южную окраину Петсамо. За проявленную доблесть он был удостоен звания Героя Советского Союза. В период боя за высоту 131 на развилке дорог, ведущих к Петсамо, отлично действовала группа самолетов-штурмовиков во главе с капитаном Г. Пьянковым. Она уничтожила десятки вражеских солдат и офицеров, подавила огонь артиллерийских орудий и минометов, расчистив тем самым путь пехотинцам 131-го стрелкового корпуса.

15 октября Петсамо был освобожден. За овладение городом 22 соединениям и частям Карельского фронта, 11 частям Северного флота и ряду авиационных частей было присвоено почетное наименование Печенгских. В течение 9 дней – с 7 по 15 октября – войска 14-й армии Карельского фронта в тесном взаимодействии с частями Северного флота, сочетая фронтальные удары с обходным маневром и действиями морских десантов, продвинулись на 60–65 км. Общие потери противника составили до 18 тыс. солдат и офицеров, 79 орудий и 150 минометов.

Потерпев поражение в районе Петсамо, части немецкого 19-го горнострелкового корпуса и 163-я пехотная дивизия 36-го армейского корпуса под прикрытием арьергардов отступали на запад, надеясь закрепиться на подготовленных позициях на рубеже Киркенес, Никель и системе крупных озер вдоль норвежской границы. Так как основные силы противника были разгромлены и какой-либо крупной группировки у него уже не было, 14-й армии была поставлена задача продолжать дальнейшее продвижение к норвежской границе на двух основных направлениях: в центре полосы наступления – на город Тарнет, а войсками левого фланга – на Никель.

В соответствии с указаниями командующего войсками фронта Мерецкова командующий 14-й армией Щербаков решил вводом в бой второго эшелона – 31-го стрелкового корпуса и 127-го легкого стрелкового корпуса – в общем направлении на Никель разгромить действовавшие там части противника и выйти к норвежской границе. Силами 99-го и 126-го легкого стрелковых корпусов нанести удар вдоль дороги Луостари – Ахмалахти и овладеть Ахмалахти. 131-му стрелковому корпусу предстояло очистить от врага район к западу от Петсамо до норвежской границы, одновременно частью сил наступать по дороге от Петсамо на Тарнет, не теряя взаимодействия с войсками, действовавшими на побережье Баренцева моря.

С возобновлением наступления войск 14-й армии большую работу проводили инженерные части, которые разминировали дороги, прокладывали колонные пути, обеспечивали форсирование водных преград. 22 октября 99-й стрелковый корпус вышел на дорогу Ахмалахти – Киркенес, а 126-й легкий стрелковый корпус днем раньше достиг озера Клистервати. Части 31-го и 127-го легкого стрелковых корпусов, взломав оборону противника на подступах к поселку Никель, еще 20 октября полукольцом охватили его с севера, юга и юго-запада. Гитлеровцы цеплялись за всякий удобный рубеж, но с каждым часом несли все большие потери в живой силе и технике. 22 октября наши войска овладели районом никелевых разработок – поселком Никель. Отступая, гитлеровцы почти полностью разрушили его, уничтожив шахтные и галерейные сооружения, заводские здания, складские помещения.

В центре полосы наступления 14-й армии успешно продвигался на северо-запад 131-й стрелковый корпус. 17 октября в районе озера Якяля-Пяя части 45-й стрелковой дивизии генерал-майора И. В. Панина подошли к норвежской границе. К. А. Мерецков вспоминал: «Узнав о выходе наших войск на норвежскую границу, я тотчас доложил об этом И. В. Сталину и попросил разрешения на переход ее. Одновременно доложил соображения командования фронта по поводу овладения Киркенесом – главной морской и воздушной базой фашистов в данном районе. …Ответ Верховного Главнокомандующего на заданный вопрос оказался кратким: "Это было бы хорошо!"».

18 октября подразделения 253-го стрелкового полка 45-й стрелковой дивизии, форсировав реку Вуореми, вступили на норвежскую землю. При отступлении оккупанты сжигали и разрушали дома, мосты и другие сооружения Финмарка – северной провинции Норвегии. Продвигаясь к Киркенесу, части 131-го стрелкового корпуса 22 октября освободили Тарнет. Одновременно морская пехота при артиллерийской поддержке флота очищала побережье. Отходя к Киркенесу, гитлеровцы разрушили единственную шоссейную дорогу к городу, идущую от Тарнета, во все больших масштабах применяли различные заграждения. В район Киркенеса противник перебросил из внутренних районов Норвегии 141-й горнострелковый и 508-й авиаполевой полки, сюда же было стянуто немало мощных береговых батарей, для строительства оборонительных сооружений перевезены все рабочие батальоны из Северной Норвегии. Природные условия позволяли быстро создать сильные опорные пункты. Только с востока Киркенес прикрывался тремя фиордами, далеко вдающимися в сушу. Вдоль фиордов тянулись высокие горные цепи с крутыми склонами. Фашисты взорвали подвесной мост через Яр-фиорд и вывели из строя железную дорогу, соединявщую Киркенес с районом рудников.

Чтобы овладеть этим последним на Крайнем Севере узлом вражеской обороны, нашим войскам пришлось приложить немало усилий. Важную роль сыграли авиация и артиллерия, особенно при подавлении труднодоступных огневых пунктов противника. 23 октября 45-я стрелковая дивизия преодолела горный массив, расположенный по восточному берегу Яр-фиорда, а в ночь на 24 октября на машинах-амфибиях 275-го отдельного моторизованного батальона особого назначения и по наведенным саперами переправам преодолела фиорд. Трудным было форсирование залива Бек-фиорд. Гитлеровцы осветили залив сотнями ракет и обрушили на наших воинов шквальный огонь артиллерии. Штурм водной преграды подразделениями 45-й и 14-й стрелковых дивизий удался им только со второй попытки. За самоотверженные, смелые и инициативные действия при форсировании Бек-фиорда звания Героя Советского Союза были удостоены старший сержант Ф. Г. Компанеец, лейтенант П. П. Примаков и майор К. М. Гонтарь.

Вслед за передовыми подразделениями к 9 часам 25 октября залив форсировали основные силы 45-й и 14-й стрелковых дивизий 131-го стрелкового корпуса, части 99-го стрелкового корпуса и 73-й гвардейский танковый полк. В ночь на 25 октября Северный флот высадил два батальона 63-й бригады морской пехоты в заливе Хольмено-фиорд. Они стремительным броском захватили береговые батареи и электростанцию, питавшую весь район Киркенеса.

Бои за город носили ожесточенный характер, приходилось штурмовать каждый дом и каждую улицу. 25 октября части 131-го и 99-го стрелковых корпусов, 73-го гвардейского танкового полка освободили город, 15-тысячный гарнизон противника был полностью разбит. В числе трофеев были 233 различных склада, 11 военных катеров. Из концлагерей вызволено 854 советских военнопленных и 772 мирных жителя, угнанных фашистами из Ленинградской области. В честь достигнутой победы в боях по овладению Киркенесом Москва 25 октября салютовала доблестным воинам Карельского фронта и морякам Северного флота. 16 соединений и частей удостоились почетного наименования Киркенесских.

В ночь на 26 октября части 99-го стрелкового корпуса форсировали Ланг-фиорд и овладели норвежскими населенными пунктами Хебугтен, Ленкосельвен, Бухольм, Стонга, Вейнес. В этот же день совместно с частями 63-й бригады морской пехоты и 126-го легкого стрелкового корпуса они освободили норвежский город Мункельвен. 27 октября бригады 126-го легкого стрелкового корпуса, совершив переход по тундре, овладели городом Нейден. На южном направлении 31-й стрелковый и 127-й легкий стрелковый корпуса, неотступно преследуя противника в крайне тяжелых условиях местности, за 10 суток продвинулись на 150 км, освободили населенный пункт Наутси и вышли на финско-норвежскую границу.

Нейден и Наутси были последними пунктами, до которых дошли наши войска. Дальнейшее преследование противника было нецелесообразным. Рассредоточившиеся группки немцев попадали в плен норвежского Сопротивления. Впереди лежал полупустынный, горный, весь изрезанный фиордами район. Приближалась полярная ночь, начались сильнейшие снегопады, на дорогах появились заносы и завалы. 29 октября 1944 года Петсамо-Киркенесская операция с разрешения Ставки была завершена.

Норвежский народ высоко оценил вклад Красной Армии в дело освобождения его страны. Выступая 26 октября 1944 года по радио, норвежский король Хокон VII говорил: «Мы следили с восхищением и энтузиазмом за героической и победоносной борьбой Советского Союза против нашего общего врага. Долг каждого норвежца заключается в том, чтобы оказать максимальную поддержку нашему советскому союзнику».


© Международный Объединенный Биографический Центр