ОПЕРАЦИЯ «ИСКРА»

ПРОРЫВ БЛОКАДЫ ЛЕНИНГРАДА
(12 – 30.01.1943)










 

 

Ставка Верховного Главнокомандования, разрабатывая план стратегических действий на зимнюю кампанию 1942—1943 годов, главной задачей считала разгром группировки немецко-фашистских войск, прорвавшейся к Волге и в предгорья Кавказа. Но в то же время планом предусматривалось еще несколько операций, среди которых важное место занимала операция по снятию фашистской блокады с Ленинграда.

С 8 сентября 1941 года враг терзал осажденный город. Его население пережило две трудные военные зимы. Но ни неоднократные штурмы, ни варварские бомбардировки и артиллерийские обстрелы, ни костлявая рука голода – ничто не помогло фашистам сломить волю мужественных ленинградцев. Гитлеровцам казалось, что еще немного и город падет. Фюрер самоуверенно заявлял: «Немецкие гренадеры, прошедшие с победой все расстояние от Восточной Пруссии до пригородов Ленинграда, найдут в себе силы пройти и оставшийся десяток километров!» Но они этих сил не нашли. Город, в который со дня его основания ни разу не вступала нога поработителя, не покорился врагу. Подступы к Ленинграду стали тем рубежом, дальше которого фашисты пройти не смогли. После провала бесплодных попыток овладеть городом немецко-фашистское командование было вынуждено отдать войскам приказ о переходе к обороне.

К началу 1943 года обстановка под Ленинградом оставатлась весьма сложной. Войска Ленинградского фронта, оборонявшие северо-западные, южные и юго-восточные подступы к городу, были изолированы от остальных сил действующей армии, Краснознаменный Балтийский флот блокирован в восточной части Финского залива. Линия фронта проходила от Ораниенбаумского плацдарма по побережью Финского залива до Урицка, далее на юг на Пулково, Пушкин, Колпино, затем на северо-восток до Усть-Тосно и далее по западному берегу реки Невы до Ладожского озера. Затем по льду Ладожского озера на восток, в районе деревни Липки она выходила на берег и шла на юг до озера Ильмень. Такая конфигурация линии фронта образовывала так называемый шлиссельбургско-синявинский выступ. На юге линия фронта была удалена от города всего на 4 км, а на юго-востоке – на 25—30 км. На таком же удалении находились и финские войска на северо-западе. Проблема сухопутной связи Ленинграда с остальной страной продолжала оставаться такой же сложной, как и в 1941 году.

Неоднократные попытки войск Ленинградского (командующий — генерал-лейтенант артиллерии Л. А. Говоров) и Волховского (командующий — генерал армии К. А. Мерецков) фронтов прорвать блокаду в 1942 года к успеху не привели. Ставка ВГК потребовала от командования фронтов более тщательной подготовки к снятию блокады с Ленинграда.

Германское командование держало под Ленинградом 18-ю армию (командующий — генерал-полковник Г. Линдеман), имевшую в своем составе почти 26 дивизий и действовавшую в полосе протяженностью до 450 км от Балтийского моря до озера Ильмень. Наиболее плотная и сильная группировка войск 18-й армии находилась в шлиссельбургско-синявинском выступе между Ладожским озером и городом Мга (ширина выступа у берега Ладожского озера — до 12 км, у основания выступа – 16—17 км, расстояние от озера до основания выступа – 15 км).

В выступе (немцы называли его «Flaschenhals» – бутылочное горло) противник имел около 5 дивизий, численность каждой достигала 10—12 тыс. человек. Личный состав был обучен действиям в лесисто-болотистой местности, треть его участвовала в осаде Севастополя. Например, 170-я пехотная дивизия воевала во Франции, под Одессой, Керчью, Феодосией, Севастополем. В составе этой группировки насчитывалось до 450 орудий и 250 минометов различных калибров (плотность — около 28 орудий и минометов на 1 км), до 50 танков и штурмовых орудий. Действия сухопутных войск могла поддержать часть сил 1-го воздушного флота (до 450 самолетов).

В западной части выступа к югу от Шлиссельбурга перед войсками Ленинградского фронта передний край обороны противника проходил по левому берегу реки Невы. По верху крутого берега был сооружен земляной вал шириной до 1 м и высотой до 1,5 м. Крутые обледенелые скаты были минированы и находились под перекрестным огнем всех видов оружия. На каждый километр приходилось 30—40 огневых точек, укрытых в каменных строениях и блиндажах. Хорошо просматривалась противником и река Нева. Опиралась оборона на мощные узлы сопротивления, созданные в населенных пунктах. Между собой эти узлы были связаны тремя линиями траншей полного профиля. Мощный узел сопротивления противник оборудовал в глубине своей обороны в Синявино, от которого, пересекая выступ, шли две линии траншей.

Не менее сильной была оборона противника и перед войсками Волховского фронта. Там также были созданы мощные опорные пункты, соединенные в единую систему двумя дерево-земляными валами высотой до 1,5 м и толщиной до 2 м. С наступлением морозов гитлеровцы облили валы водой, превратив их в ледяные. Передний край был насыщен большим количеством огневых средств. Свыше 400 пулеметных точек и артиллерийских орудий, сплошная сеть проволочных заграждений, минные поля делали оборону противника труднопреодолимой.

Лесистая местность с большим количеством незамерзающих болот затрудняла наступавшим войскам маневр и использование тяжелой боевой техники. «Я редко встречал местность, – писал впоследствии К. А. Мерецков, – менее удобную для наступления. У меня навсегда остались в памяти лесные дали, болотистые топи, залитые водой торфяные поля и разбитые дороги. Оборону усиливали противопехотные и противотанковые препятствия, сплошные минные поля, изрезанные глубокими канавами торфоразработки».

Оценивая оборону противника, можно сделать три вывода:

– шлиссельбургско-синявинский выступ представлял собой один из важнейших участков кольца вражеской блокады, и командование противника правильно оценивало его роль и место в системе сухопутной обороны;

– это было наиболее сильное место в обороне противника, и по своему характеру оборона представляла полевой укрепленный район;

– в то же время это был участок кольца блокады города, где расстояние между войсками Ленинградского и Волховского фронтов было наикратчайшим.


Именно этот фактор был положен в основу замысла операции по прорыву блокады, и в начале декабря 1942 года Ставка ВГК утвердила предложения военных советов Ленинградского и Волховского фронтов на проведение наступательной операции с целью прорыва блокады. Операция получила кодовое наименование «Искра». Утвердив план операции, Ставка для координации действий войск фронтов назначила двух своих представителей – Маршала Советского Союза К. Е. Ворошилова и генерала армии Г. К. Жукова.

Замысел операции сводился к тому, чтобы одновременными ударами войск Ленинградского и Волховского фронтов навстречу друг другу разгромить группировку противника в шлиссельбургско-синявинском выступе и таким образом прорвать блокаду Ленинграда. В дальнейшем развивать наступление на Мгу и обеспечить сухопутные коммуникации Ленинграда и Ленинградского фронта.

Проведению операции должны были способствовать действия Краснознаменного Балтийского флота, 13-й и 14-й воздушных армий, Ленинградской армии ПВО, партизанских отрядов в тылу врага и нанесение вспомогательного удара с плацдарма в районе Невской Дубровки. Начало наступления устанавливалось на 1 января 1943 года, но в связи с погодными условиями было перенесено на 12 января. Таким образом, непосредственно на подготовку к операции имелось 33 дня.

По разработанному плану, в операции должны были участвовать со стороны Ленинградского фронта войска 67-й армии (командующий — генерал-майор М. П. Духанов), со стороны Волховского фронта – войска 2-й ударной армии (командующий — генерал-лейтенант В. З. Романовский) и часть сил 8-й армии (командующий — генерал-лейтенант Ф. Н. Стариков). Так как на других участках фронтов активные действия не планировались, то командующие направили в состав ударных группировок дополнительные силы и средства. Это позволило сделать эти группировки довольно внушительными.

Ударная группировка Ленинградского фронта, усиленная артиллерией Краснознаменного Балтийского флота, в своем составе имела более 103 тыс. человек (численность стрелковых дивизий составляла 7 – 9 тыс., стрелковых бригад – 5 тыс., лыжных бригад – 2,5 тыс. человек), 1873 орудия и миномета калибром от 76 до 406 мм, 222 танка (69 средних Т-34-76 и 153 легких БТ, Т-60, Т-70).
В составе 2-й ударной армии насчитывалось 165 тыс. человек, 2206 орудий и минометов калибром от 76 мм и выше, 225 танков (38 тяжелых, 131 средний и 61 легкий).

В 8-й армии, обеспечивавшей левый фланг ударной группировки Волховского фронта и наносившей удар частью своих сил, привлекалось две стрелковые дивизии, стрелковая бригада, 679 орудий и минометов, 92 танка.

Таким образом, путем привлечения стратегических резервов, осуществления внутрифронтовых перегруппировок удалось создать превосходство над противником по дивизиям 2 : 1 (20 советских против 10 немецких: пяти, находившихся в обороне, и пяти, которые могли быть переброшены вражеским командованием в район прорыва). По артиллерии и минометам соотношение было 7 : 1 (около 5000 против 700), по танкам — 10,3 : 1 (539 против 50), по самолетам (с учетом авиации КБФ) — 3,3: 1 (829 против 250).

Для согласования действий фронтов, наносивших встречные удары, был разработан и 27 декабря 1942 года представителем Ставки ВГК Маршалом Советского Союза К. Е. Ворошиловым утвержден план взаимодействия фронтов. Учитывая трудности прорыва сильно укрепленной обороны, сложные географические условия района предстоящих действий, недостаточный опыт наших войск в ведении наступательных действий, неудачи предыдущих попыток прорыва блокады, средний темп наступления планировался от 2 до 4 км в сутки. При этом в плане взаимодействия фронтов указывалось, что если какая-либо ударная группировка не успеет подойти к рубежу установленной встречи, то другая группировка должна продолжать решительное наступление до установления фактической встречи.

Войска 67-й армии должны были преодолеть по льду реку Неву, прорвать оборону противника на участке Московская Дубровка, Шлиссельбург шириной 13 км, разгромить его группировку в западной части выступа и, развивая наступление, соединиться с войсками Волховского фронта. Перед войсками 2-й ударной и 8-й армий ставилась задача взломать оборону противника на участке Липка, Гайтолово шириной 12 км, разгромить его группировку в восточной части выступа и, развивая наступление, соединиться с войсками ударной группировки Ленинградского фронта.

При подготовке наступательной операции большое внимание было уделено организации надежного огневого поражения противника. Основная роль в нем отводилась артиллерии. На обоих фронтах впервые за годы Великой Отечественной войны готовилось артиллерийское наступление в полном объеме: артиллерийская подготовка атаки, артиллерийская поддержка атаки и артиллерийское сопровождение наступающих войск.

Артиллерийская подготовка атаки планировалась в 67-й армии продолжительностью 140, во 2-й ударной армии – 105 и в 8-й армии – 125 минут. Плотности составляли в среднем: в 67-й армии — 144, во 2-й ударной – до 180, в 8-й армии – 100 орудий и минометов на 1 км полосы наступления. Однако в зависимости от важности избранных направлений они могли быть и большими. Так, в полосе 136-й стрелковой дивизии Ленинградского фронта они составляли 163, а в полосе 327-й стрелковой дивизии Волховского фронта – 360 орудий и минометов на 1 км.

В полосе наступления 67-й армии для сохранения целостности льда на Неве разрушение оборонительных сооружений противника на переднем крае и в глубину до 200 м от него планировалось проводить только орудиями, выставленными для стрельбы прямой наводкой. Во 2-й ударной армии для стрельбы прямой наводкой также было выставлено почти 250 орудий.

Артиллерийская поддержка атаки планировалась одинарным огневым валом на глубину 1 км, а затем последовательным сосредоточением огня. В 67-й армии было решено с выходом пехоты на лед реки Невы на вражеском берегу на удалении 200—250 м от берега создать рубеж сплошного заградительного огня, который на местности совпадал с первым рубежом огневого вала.

В армиях создавалось большое количество артиллерийских групп различного назначения: для борьбы с артиллерией противника – группы дальнего действия, для поражения целей в глубине обороны противника – группы особого назначения из наиболее дальнобойных орудий, для разрушения самых прочных оборонительных сооружений – группы разрушения из крупнокалиберных орудий. В отдельные группы были сведены гвардейские минометные части (реактивной артиллерии). В стрелковых дивизия создавались группы поддержки пехоты, группы ближнего боя и контрминометные группы (гаубичный или минометный полк со средствами звуковой разведки).

Авиация должна была решать одновременно две боевые задачи: поражать наземного противника и обеспечить надежное прикрытие ударных группировок фронтов от ударов авиации противника с воздуха. Использование авиации планировалось в виде авиационного наступления, включавшего в себя проведение предварительной и непосредственной авиационной подготовки и авиационной поддержки наступающих войск. Были отработаны вопросы взаимодействия сил 13-й и 14-й воздушных армий и авиации флота. Для улучшения эффективности использования штурмовой и бомбардировочной авиации при поддержке наземных войск разработан так называемый «челночный» способ действий. Заключался он в том, что самолеты 14-й воздушной армии, нанеся удары по целям, не возвращались назад, а садились на аэродромы Ленинградского фронта, где заправлялись, принимали бомбовый груз и вылетали для повторного удара теперь в обратном направлении с посадкой уже на свои аэродромы. Аналогично планировались и действия авиации 13-й воздушной армии.

Особого внимания заслуживают способы применения танков. Небольшая глубина операции «Искра» и лесисто-болотистая местность не позволяли в полной мере использовать маневренные и скоростные качества боевых машин. Поэтому командующие армиями приняли решение использовать танки исключительно для непосредственной поддержки пехоты, распределив их заблаговременно между соединениями первого и второго эшелонов. В 67-й армии первому эшелону были приданы только легкие танки, которые могли преодолевать реку Неву по льду вместе с пехотой. Для преодоления реки средними и тяжелыми танками саперы должны были уложить на лед специальный деревянный колейный настил, а его поперечины крепить ко льду сквозными болтами и нарастить таким образом толщину льда. Это планировалось сделать после выхода наступавших войск на вражеский берег. Испытания предложенной саперами конструкции проводили незадолго до начала операции в присутствии маршала К. Е. Ворошилова и генерала Л. А. Говорова. И танк, однако, провалился и затонул. Но идея была одобрена, проверена и сослужила свою службу.

Инженерные войска 67-й армии были разделены на четыре эшелона. Первый эшелон должен был сопровождать и обеспечивать боевые действия войск первого эшелона; второй эшелон – прокладывать колонные пути и дороги вслед за наступающими войсками; задачей третьего эшелона было сооружение четырех переправ через реку Неву; четвертый эшелон предназначался для перевозки грузов. В состав этого эшелона входил батальон, имевший 80 собачьих упряжек. Аналогичное использование инженерных войск планировалось и во 2-й ударной армии, с той лишь разницей, что у них не было необходимости в подготовке к преодолению широкой водной преграды.

Началом подготовки операции «Искра» можно считать предварительное разрушение обороны противника огнем артиллерии и ударами авиации. Артиллеристы в течение месяца разрушили 80 дзотов, 35 пулеметных гнезд и блиндажей, 8 наблюдательных пунктов, уничтожили много вражеских пулеметов и несколько артиллерийских орудий. Разрушение велось на широком фронте и не могло раскрыть направление главного удара. Генерал М. П. Духанов так писал впоследствии: «Со стороны казалось, что на участке 67-й армии жизнь течет в ленивом русле позиционной войны. Не меняло положения и то, что с некоторых пор наша артиллерия методически, ежедневно разрушала тот или иной дзот гитлеровцев – то же происходило и на других участках фронта». Авиация в период предварительной подготовки наносила удары по аэродромам и железнодорожным узлам, по опорным пунктам в глубине, по местам расположения резервов и по позициям артиллерии.

В ночи на 10 и 11 января 1943 года войска ударных группировок фронтов начали занимать исходное положение для наступления. Соединения первого эшелона 67-й армии расположились в траншеях на правом берегу реки Невы, войска Волховского фронта — на исходных позициях в 300—500 м от первой траншеи противника. Подготовка к операции проводилась настолько скрытно, что немецко-фашистское командование только за 3—4 дня до ее начала стало догадываться о том, что в районе «фляшенхальс» советские войска, возможно, готовятся к наступлению. Но определить заранее силу удара и время начала наступления ему не удалось.

В ночь перед наступлением авиация обоих фронтов группами ночных бомбардировщиков нанесла удар по войскам противника, по артиллерии, штабам, аэродромам, узлам коммуникаций. Авиация дальнего действия за 70 минут произвела 450 вылетов, нанося удары по войскам противника в районе станции Мга и по самой станции. Одиночные самолеты 14-й воздушной армии в течение всей ночи проводили налеты с целью изнурения войск противника.

Непосредственный прорыв блокады Ленинграда начался в 9 часов 30 минут 12 января 1943 года артиллерийской, а в полосе Волховского фронта и авиационной подготовкой. В 11 часов 45 минут, когда огонь артиллерии Ленинградского фронта достиг наивысшего напряжения, на лед Невы спустились штурмовые группы и группы разграждения и стремительно бросились к противоположному берегу. В 11 часов 50 минут после последнего залпа гвардейских минометов на лед вышли стрелковые цепи дивизий первого эшелона. Под прикрытием огня орудий прямой наводки и ударов самолетов 13-й воздушной армии они шли через Неву. Штурмовые группы и группы разграждения стремительным броском за 4 минуты преодолели открытое ледяное пространство Невы и с помощью металлических «кошек», багров, лестниц и веревок поднялись на ледяной скат противоположного берега и ворвались в траншеи врага. Завязался ожесточенный рукопашный бой. Главные силы 136-й стрелковой дивизии шли на штурм под звуки «Интернационала», исполнявшегося духовым оркестром. Наступательный порыв был так велик, что даже раненые бойцы не покидали боевых порядков и продолжали идти вперед. Командир 268-й стрелковой дивизии (тогда полковник, впоследствии генерал армии С. Н. Щеглов) писал об этом так: «...падали убитые, а раненые, те, кто не мог стоять на ногах, ползком, напрягая последние силы, старались помочь товарищам. Казалось, вся боль Ленинграда, вся его ненависть к врагу клокочет в сердцах этих героев и нет такой силы, которая могла бы их остановить».

Жаркие бои развернулись и в полосе Волховского фронта. Части 327-й стрелковой дивизии (командир — полковник Н. А. Поляков) за семь минут до конца артиллерийской подготовки дружно бросились в атаку. Преодолев дерево-земляной вал, атакующие ворвались во вражеские траншеи, когда противник еще не успел прийти в себя от ударов советской артиллерии. Массовый героизм проявляли советские воины и на этом направлении. В бою за деревню Липку бессмертный подвиг совершил старший лейтенант Я. И. Богдан. Его подразделение достигло окраины деревни, когда неожиданно почти рядом застрочил вражеский пулемет из хорошо замаскированного дзота. Опытный офицер понял, что огонь фашистов может вывести из строя всех его бойцов. Не раздумывая, Богдан поднялся во весь рост и закрыл своим телом амбразуру дзота. Так же закрыл амбразуру вражеского дзота связист 136-й стрелковой дивизии Д. С. Молодцов.

В первый день операции соединения 67-й армии, преодолев реку Неву, захватили плацдарм глубиной до 3 км. Соединения 2-й ударной армии вклинились в оборону противника на 1–3 км. Существенную помощь наступавшим войскам оказывали артиллерия и авиация, в том числе береговые батареи и корабельная артиллерия Краснознаменного Балтийского флота. В течение ночи на 13 января войска закреплялись на захваченных рубежах.

С утра 13 января наступление продолжилось. Особенно успешно в этот день действовали части 136-й стрелковой дивизии (командир —генерал-майор Н. П. Симоняк) при поддержке танков 61-й отдельной танковой бригады (командир — полковник В. В. Хрустицкий). Остальные соединения обоих фронтов значительных успехов не имели, а 268-я стрелковая дивизия под воздействием контратакующих пехоты и танков противника вынуждена была даже отойти.

В упорных боях 14 января, введя в сражение дополнительные силы, ударные группировки фронтов медленно продвигались навстречу друг другу. Войска 67-й армии вышли к южной окраине Шлиссельбурга, а левофланговые соединения Волховского фронта стремились овладеть станцией Синявино. Действиям 128-й стрелковой дивизии в районе деревни Липки помогали воины 12-й лыжной бригады, вышедшей в тыл противника по льду Ладожского озера.

В этот день произошел эпизод, о котором написал в своих «Воспоминаниях и размышлениях» Маршал Советского Союза Г. К. Жуков. Ему доложили, что между Рабочими поселками № 5 и № 6 артиллеристы подбили немецкий танк, который по внешнему виду резко отличался от других, уже известных типов боевых машин. При этом гитлеровцы предпринимали настойчивые попытки эвакуировать его из «нейтральной полосы». Маршал Жуков приказал создать специальную группу и захватить вражескую машину. В ночь на 17 января группа в составе стрелкового взвода и четырех танков под командованием старшего лейтенанта Косарева при поддержке артиллерийско-минометного огня приступила к выполнению задания. Участок местности, где находился подбитый танк, противник держал под непрерывным обстрелом. Тем не менее танк был захвачен и отбуксирован в расположение советских войск. Удалось даже обнаружить формуляр боевой машины.

Танк действительно оказался необычной конструкции. Было установлено, что это экспериментальный образец нового тяжелого танка Т-VI «тигр» № 1, направленный гитлеровским командованием на Волховский фронт для проведения боевых испытаний. Захваченный танк был отправлен на всесторонние исследования на танковый полигон, где с него были сняты все боевые характеристики. Результаты исследования в виде инструкций поступили в войска и сослужили добрую службу, когда в битве под Курском враг в массовом масштабе применил свои «тигры».

В течение 15 – 17 января, введя в сражение оставшиеся силы вторых эшелонов и резервов, армии продолжали наступление. Войска 67-й армии вели бои за освобождение Шлиссельбурга, войска 2-й ударной армии заняли станцию Синявино. Загнанная в леса и болота на побережье Ладожского озера северная часть шлиссельбургско-синявинской группировки врага несколько раз пыталась, пока она еще не была полностью отрезана от остальных сил, прорваться через узкую горловину для соединения со своими главными силами. В свою очередь, вражеское командование, стремясь не допустить соединения советских войск, непрерывно перебрасывало в район Синявино свои резервы.

С утра 18 января развернулись решающие действия. В 9 часов 30 минут на восточной окраине Рабочего поселка № 1, прорвав блокаду, встретились воины 123-й отдельной стрелковой бригады Ленинградского фронта во главе с заместителем командира по политической части майором Мелконяном и 372-й стрелковой дивизии Волховского фронта во главе с начальником 1-го отделения штаба дивизии майором Мельниковым. На месте встречи был составлен Акт, хранящийся в настоящее время в Центральном архиве Министерства обороны.

В 12 часов дня воины 136-й стрелковой дивизии и 61-й отдельной танковой бригады, отразив последнюю отчаянную вражескую контратаку, уничтожив при этом до 600 и взяв в плен до 500 гитлеровцев, на плечах противника ворвались в Рабочие поселки № 1 и № 5, где соединились с частями 18-й стрелковой дивизии Волховского фронта. В тот же день была окончательно добита группировка противника в Шлиссельбурге и город полностью перешел в руки советских войск. Оставшиеся в лесах и болотах немецкие солдаты и офицеры были пленены или уничтожены. К концу дня южное побережье Ладожского озера было очищено от врага.

Наступление войск фронтов на юг, в сторону станции Мга, развития не получило. Противник непрерывно подбрасывал войска и артиллерию в район Синявино. За короткое время ему удалось подтянуть в этот район до пяти дивизий. Не исключалась попытка противника восстановить утраченное положение. Поэтому войска 67-й и 2-й ударной армий, прекратив наступательные действия, стали закрепляться на достигнутых рубежах.

Таким образом был создан «коридор» по берегу Ладожского озера шириной 8–11 км. Вражеская блокада, столько времени душившая Ленинград, была прорвана. Произошло то, чего так долго ждали все граждане Советского Союза. Созданный «коридор» позволил восстановить сухопутные коммуникации города со страной. Замысел врага задушить голодом защитников и жителей города оказался сорван. Была ликвидирована угроза соединения немецко-фашистских и финских войск восточнее Ленинграда. Ленинградский и Волховский фронты обрели непосредственную связь.

Важнейшим результатом стало резкое падение международного престижа фашистской Германии. Военный обозреватель английского агентства Рейтер писал, что «прорыв германской укрепленной линии южнее Ладожского озера является таким же ударом по престижу Гитлера, как и сокрушительное поражение германских войск у Сталинграда».

Советские воины продемонстрировали при прорыве блокады возросшее воинское мастерство, массовый героизм. За мужество и отвагу, проявленные в боях с фашистами, 25 воинов удостоились высокого звания Героя Советского Союза, около 22 тыс. были награждены орденами и медалями. 136-я и 327-я стрелковые дивизии преобразованы, соответственно, в 63-ю и 64-ю гвардейские дивизии, а 61-я танковая бригада – в 30-ю гвардейскую танковую бригаду, 122-я танковая бригада награждена орденом Красного Знамени.

В короткий срок, всего за 17 дней, на отвоеванной полосе земли вдоль Ладожского озера по решению Государственного Комитета Обороны были построены железная и автомобильная дороги. Утром 7 февраля 1943 года ленинградцы восторженно встречали первый состав с Большой земли. До конца 1943 года по ней было доставлено 4, 4 млн тонн различных грузов.

С успешным завершением операции «Искра» наступил переломный момент в битве за город на Неве. Отныне инициатива ведения боевых действий под Ленинградом перешла всецело к советским войскам.


© Международный Объединенный Биографический Центр